Адвокат Семчукова Евгения Юрьевна

Реестровый номер 77/10275

МКА «Добровинский и партнеры»

Контактная информация

Email: не указан

Телефон: не указан

Информация про адвоката

Известного адвоката Сергея Ковбасюка посадили под домашний арест. Причиной этого выступило обвинение в передаче взятки в особо крупном размере. Следственный комитет полагает, что в 2016-м году учредитель и управляющий московского адвокатского бюро «Адвокаты и бизнес» попросил экс-сотрудника ФСБ Геннадия Подфигурного помочь ему с решением деликатного вопроса и заплатил ему 600 тыс. долларов. Об этом пишет портал Утро.ру.

В рамках судебного заседания следствие затребовало у судьи поместить юриста в СИЗО сроком на два месяца. Однако защита парировала доводом, согласно которому Ковбасюку требуется внимание врачей.

В результате Хамовнический суд Москвы принял аргументы стороны защиты и поместил Сергея Ковбасюка под домашний арест. Он, тем самым, проигнорировал опасения следствия, согласно которым, находясь на свободе, юрист может оказать давление на свидетелей. СК располагает данными, что у Ковбасюка есть связи в правоохранительных органах.

Стоит добавить, что фигурантом уголовного дела помимо Ковбасюка и Подфигурного является адвокат Евгения Семчукова.

Известного адвоката Сергея Ковбасюка посадили под домашний арест. Причиной этого выступило обвинение в передаче взятки в особо крупном размере. Следственный комитет полагает, что в 2016-м году учредитель и управляющий московского адвокатского бюро «Адвокаты и бизнес» попросил экс-сотрудника ФСБ Геннадия Подфигурного помочь ему с решением деликатного вопроса и заплатил ему 600 тыс. долларов. Об этом пишет портал Утро.ру. В рамках судебного заседания следствие затребовало у судьи поместить юриста в СИЗО сроком на два месяца. Однако защита парировала доводом, согласно которому Ковбасюку требуется внимание врачей. В результате Хамовнический суд Москвы принял аргументы стороны защиты и поместил Сергея Ковбасюка под домашний арест. Он, тем самым, проигнорировал опасения следствия, согласно которым, находясь на свободе, юрист может оказать давление на свидетелей. СК располагает данными, что у Ковбасюка есть связи в правоохранительных органах. Стоит добавить, что фигурантом уголовного дела помимо Ковбасюка и Подфигурного является адвокат Евгения Семчукова.

Источник: ufirms.ru от 26.01.2018

Судебные тяжбы между бомбардиром сборной России Александром Кержаковым и его гражданской женой Екатериной Сафроновой недавно завершились не в ее пользу.

Калининский суд запретил матери участвовать в воспитании годовалого сына Игоря. Однако сама Екатерина и ее адвокаты собираются оспаривать решение суда. В эксклюзивном интервью SUPER Екатерина Сафронова впервые прокомментировала слухи о своей наркозависимости, а также рассказала о том, почему в разгар судебных разбирательств адвокат Александр Добровинский неожиданно вышел из дела, отказавшись защищать ее интересы.

Суд решил оградить вас от общения с ребенком. Согласно этому решению, малыш, находясь радом с вами, будет в опасности. Вы согласны с такой формулировкой?

Такой формулировки в решении суда нет. И о том, что я представляю опасность для ребенка, вообще не идет речь. Более того, в материалах дела нет ни одной наркологической экспертизы, подтверждающей мою наркозависимость. Юристы, которые сейчас начали защищать меня, в шоке от безосновательных судебных решений и ошибок, допущенных адвокатом Евгенией Семчуковой из конторы Александра Добровинского, которая проиграла все мои суды. Сейчас я готовлю письмо в Адвокатскую палату города Москвы с просьбой дать оценку действиям моего экс-адвоката, которая все это время запрещала мне давать интервью и противодействовала тому, чтобы я прошла наркологическую экспертизу, не привлекала уполномоченных по правам ребенка. К тому же она даже не пришла на суд (решение было вынесено без присутствия адвоката). Интервью я начала давать только после того, как защитники, к которым я обратилась (Катя Гордон и Марина Дубровская), велели мне рассказывать правду везде.

Суд вынес решение, основываясь на документах, предоставленных стороной вашего бывшего гражданского мужа. Вам не кажется, что уже этого было достаточно?

На чем основывался суд — до конца не понятно. Более того, судья на апелляции под протокол сказала, что ограничивать меня в правах нет никаких оснований. Но, тем не менее, вынесла решение против меня. Евгения Семчукова говорила мне, что суд куплен и не надо «рыпаться», с самого начала. При этом Гордон и Дубровская говорят, что надо биться, несмотря на ангажированность суда, до последнего. И мы готовы идти дальше, вплоть до Европейского суда.

Когда в последний раз вы видели сына?

В последний раз я видела сына, когда ему было 8 месяцев. С тех пор каждый день я умоляю, чтобы представители Кержакова прислали мне хотя бы фотографию. В частности, адвокат Дуйко, который упрашивал меня не давать никаких комментариев, обещала мне, что если я буду молчать, то она мне даст возможность обнять сына. Я выполнила все их просьбы, но они оказались обманом. Если честно, когда я поняла, что все это время меня подставляли и обманывали, с тех пор пребываю просто в шоковом состоянии.

Говорят, вы сами не проявляете желания встречаться с ребенком, потому что по решению суда вам необходимо предоставлять медицинские справки. С чем это связано?

Такого решения суда нет. Именно желая доказать Саше Кержакову, что я не наркозависимая, я согласилась пройти обследование в клинике. Я еще не понимала, что происходит, и просто хотела оправдаться. Но когда меня закрыли в военном госпитале в Петербурге и ставили каждый день новые диагнозы (от энцефалопатии головного мозга до шизофрении), я начала понимать: происходит что-то ужасное. Саша и его друг Савченко отняли у меня мобильный телефон и оставили в больнице. Адвокат Решетников, представившись моим родственником, одобрил курс лечения непонятно от чего. Из больницы, обколотую лекарствами от шизофрении, меня вызволяла бабушка. И еще какое-то время чистила меня от лечения. Врачи хором говорили: то, что мне вкалывали, могло нанести необратимый вред моему здоровью. Потом я поняла, что все это было нужно, чтобы затеять против меня судебное разбирательство. На половине документов (а надо сказать, что в деле той стороной предоставлены только ксерокопии) не мои подписи. И не моя фамилия.

Вы думаете, что ваш предыдущий защитник была ангажирована и слабо защищала ваши интересы?

Все это время Евгения писала мне, что любит меня как дочь и готова бороться до последнего. Когда оказалось, что она не сделала даже элементарных шагов, а все, что она сделала, мне только навредило, я позвонила Кате Гордон. Я знала, что она человек скандальный, но честный. Когда адвокаты Дубровская и Захарцова, а потом и сама судья рассказали мне, как плохо и странно меня защищали все это время, я поняла, что или Евгения профнепригодна, или ее наняли.

Кто вам посоветовал обратиться в юридическую контору Александра Добровинского?

Семчукова сама меня нашла. Добровинский сначала меня тоже очень поддержал, организовал пресс-конференцию.

Кто-нибудь из жен футболистов поддержал вас?

Мне позвонила Юлия Барановская и предложила участие в своей программе, а также уверила, что разделяет мою боль и поддерживает меня.

Вы приняли приглашение?

Я пока в раздумьях, не дала еще согласие на съемку.

В Интернете не раз писали, что вы неравнодушны к наркотикам. Скажите, вы употребляли когда-либо наркотические вещества?

Нет, это все неправда, глупости! После рождения детей я вообще позволяю себе только пару бокалов вина на праздники.

Вы проходили лечение от наркологической зависимости?

Кержаков и все тот же его друг Савченко, который меня почему-то ненавидит, заставили меня пройти какое-то лечение. Они убеждали меня в том, что это нужно, чтобы я вернула Сашино доверие и увидела ребенка. При этом мне говорили, что меня лечат от депрессии. Я действительно, пока слепо любила Кержакова, покорно делала то, что мне велели. Мне постоянно угрожали, и я делала все, лишь бы он на меня не кричал и не обвинял меня в том, в чем я не виновата.

То есть жизнь с Кержаковым сопровождалась деперессиями? С чем это было связано?

На самом деле, я думаю, что все, что случилось, — дело рук Савченко. Этот друг имеет большое влияние на Сашу. Когда у нас в какой-то момент начался разлад в отношениях, этот Савченко оболгал меня и втемяшил Саше мысль, что меня надо от чего-то лечить. Только от чего, я так до сих пор и не поняла.

Как вы прокомментируете скандальное видео, где вы развлекаетесь в обществе обнаженного мужчины и своей подруги? На видео также видно, что вы рассыпаете какой-то порошок.

Мой адвокат Евгения Семчукова ровно за день до появления этого видео в Сети в доверительной беседе спрашивала меня, нет ли у той стороны на меня какого-то компромата, к которому она должна быть готова. Я сказала ей, что нет, есть только личные дурацкие видео из моей квартиры (мы еще не были вместе с Сашей в тот период), где я привожу в чувство своего старого приятеля. Евгения спросила меня, где находятся эти видео. Я сказала, что в старом компьютере, который остался в доме Кержакова. К слову, после больницы Саша мне не отдал ни те украшения, что он мне дарил, ни часть моих вещей, включая компьютер. Ровно на следующий день пресс-секретарь Кержакова рассылала видео, смонтированное из двух совершенно разных файлов моего компьютера по телеканалам. Я не готова отвечать за всех своих приятелей и их образ жизни. Нет ни одного видео, фотографии или документально подтвержденного факта моего употребления наркотиков.

Где и как вы сейчас живете? Чем занимаетесь?

Из-за судебных разбирательств я много времени провожу в Москве. По субботам я работаю в компании Saferoom с детьми, помогаю проводить развивающий детский сад выходного дня. Я очень благодарна родителям, психологам и педагогам за то, что меня взяли на работу в такое прекрасное место и я имею возможность быть рядом с детками возраста моего сына.

Вас посвящают в жизнь сына?

Последние новости, которые я знаю о нем, — это то, что за ним

ухаживает женщина, которая была в нашем доме уборщицей. Она отказывалась вставать к нему ночью по просьбе моей бабушки. Говорила, что устает, ставила ультиматумы: или он будет спать с ней, или пусть орет. Бабушку, после того как она умоляла Сашу начать нормально ухаживать за ребенком, вытолкали из дома и больше не пускали.

Как складывается ваша личная жизнь?

О какой личной жизни вообще можно говорить, если я каждый божий день плачу о сыне, которого не вижу уже почти год? Вы поймите: у меня его отняли в 8 месяцев, когда я должна бы его кормить грудью и обнимать каждый день. Боль, которую я испытываю, не описать словами.

Как вы относитесь к новому роману Александра?

После того как я осознала, что Саша меня так серьезно предал, я не испытываю к нему никакой ревности. Ради него я ложилась в больницы, пыталась ему что-то доказать, а он гробил мое здоровье и отнимал у меня сына. В военном госпитале, куда он меня засунул, на полном серьезе рассматривали лечение в виде удаления центра удовольствия из мозжечка, а по простому — трепанации черепа. Мне все равно, с кем встречается Кержаков, я, как волчица, теперь буду бороться за своего ребенка и, надеюсь, Бог и добрые люди мне помогут.

Дуйко Любовь

Старший партнер, адвокат

Специализация: частные клиенты, судебные споры, гражданское право.

Проекты Любови Дуйко отмечены международными (Сhambers, Legal500, IFLR1000) и российскими (Право. ру-300, Коммерсантъ) рейтингами.

Любовь Дуйко осуществляет руководство деятельностью Бюро, возглавляет юридическую работу по частным проектам Клиентов, осуществляет правовую поддержку значимых социальных и культурных проектов в России и за рубежом. Является специалистом в области гражданского права, международного частного права, судебных споров, сделок с недвижимостью, семейного и наследственного права. На протяжении последних 5 лет признавалась одной из самых влиятельных женщин Санкт-Петербурга по версии «Делового Петербурга», является членом Центрального совета Всероссийского общества охраны природы (ВООП).

В рамках Pro Bono оказывает бесплатную юридическую помощь нуждающимся. Является членом правления Фонда MusicAeterna под руководством композитора Теодора Курентзиса, входит в состав попечительского совета Фонда Олега Каравайчука, является учредителем Фонда поддержки социальных и культурных проектов «Альма Матер», на базе которого запущена деятельность продюсерского центра «Социальный театр».

Л. Дуйко в 1998 г. окончила юридический факультет СПбГУ, а также программу Becoming an English Solicitor в The Qualified Lawyers Transfer Scheme (QLTS) в 2018г.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА от 20.12.2004 n А56-10126/04 Поскольку доверенность, на основании которой адвокат был уполномочен на подписание заявления в суд от имени общества, не подписана лицом, указанным в тексте доверенности как руководитель общества, кроме того, данное лицо на момент подачи заявления в суд не являлось руководителем общества, суд правомерно оставил заявление общества без рассмотрения на основании ч. 7 ст. 148 АПК РФ.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 20 декабря 2004 года Дело N А56-10126/04

Федеральный арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Корабухиной Л.И., судей Кирейковой Г.Г., Пастуховой М.В., при участии от общества с ограниченной ответственностью «Юмакс» представителя Жебеневой Д.И. (доверенность от 20.09.2004), от Межрайонной инспекции Министерства Российской Федерации по налогам и сборам N 8 по Санкт-Петербургу главного специалиста юридического отдела Смирновой Е.В. (доверенность от 04.07.2003 N 03/101), рассмотрев 15.12.2004 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Юмакс» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.09.2004 по делу N А56-10126/04 (судья Лопато И.Б.),
УСТАНОВИЛ:
Общество с ограниченной ответственностью «Юмакс» (далее — общество) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании недействительным решения Инспекции Министерства Российской Федерации по налогам и сборам по Адмиралтейскому району Санкт-Петербурга, являющейся правопредшественником Межрайонной инспекции Министерства Российской Федерации по налогам и сборам N 8 по Санкт-Петербургу, (далее — ИМНС, инспекция) от 16.04.2002, незаконным бездействия ИМНС, выразившегося в уклонении от возмещения из бюджета налога на добавленную стоимость (далее — НДС), и обязании налогового органа возвратить 2973993 руб. НДС за декабрь 2001 года (с учетом уточнения заявленных требований).
Определением суда от 20.09.2004 заявление общества на основании пункта 7 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее — АПК РФ) оставлено без рассмотрения.
В апелляционной инстанции дело не рассматривалось.
В кассационной жалобе общество просит отменить определение суда и направить дело на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции. По мнению подателя жалобы, суд необоснованно оставил заявление налогоплательщика без рассмотрения, поскольку полномочия представителя общества — Дуйко Л.В. были подтверждены в судебных заседаниях 20.04.2004 и 25.05.2004 надлежащим образом оформленной доверенностью N 03/7267, что отражено в соответствующих определениях суда от тех же дат.
Кроме того, общество указывает на то, что в судебном заседании 20.09.2004 по просьбе представителя заявителя объявлялся перерыв для представления адвокатом Дуйко Л.В. ордера и надлежащим образом оформленной доверенности, однако после перерыва судья не дал возможности представителю общества подтвердить свои полномочия и представить названные документы и вынес определение об оставлении заявления общества без рассмотрения.
В отзыве на кассационную жалобу инспекция просит оставить ее без удовлетворения, а обжалуемое определение суда без изменения, считая его законным и обоснованным. При этом ИМНС указывает на необоснованность доводов общества о подтверждении представителем заявителя своих полномочий в судебных заседаниях от 20.04.2004 и от 25.05.2004, поскольку доверенность N 03/7267, на которую ссылается общество, принадлежит представителю инспекции. Налоговый орган также ссылается на то, что адвокат Дуйко Л.В. во всех заседаниях в суде первой инстанции, в том числе и 20.09.2004, представляла только удостоверение адвоката, ссылаясь на наличие доверенности в материалах дела. По мнению налогового органа, общество реализовало право, предусмотренное пунктом 3 статьи 149 АПК РФ, и после устранения обстоятельств, послуживших основанием для оставления заявления без рассмотрения, повторно обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании решения ИМНС от 16.04.2002 недействительным и бездействия налогового органа по возврату спорной суммы НДС незаконным. Однако определением суда от 22.11.2004 по делу N А56-38786/04 производство по делу прекращено в связи с пропуском обществом срока для обжалования ненормативного правового акта налогового органа, что и послужило основанием для обжалования в кассационном порядке определения суда от 20.09.2004.
В судебном заседании представитель общества поддержал доводы кассационной жалобы, а представитель ИМНС — возражения на них.
Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке.
Как следует из материалов дела, заявление общества о признании недействительным решения ИМНС от 16.04.2002 подано в арбитражный суд 04.03.2004 и подписано от имени общества Дуйко Л.В., действующей на основании доверенности от 02.02.2004.
Частью 1 статьи 199 АПК РФ установлено, что заявление о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными должно соответствовать требованиям, предусмотренным частью 1, пунктами 1, 2 и 10 части 2, частью 3 статьи 125 АПК РФ.
В соответствии с частью 1 статьи 125 АПК РФ исковое заявление подписывается истцом или его представителем.
Согласно части 5 статьи 59 АПК РФ представителями организаций могут выступать в арбитражном суде по должности руководители организаций, действующие в пределах полномочий, предусмотренных федеральным законом, иным нормативным правовым актом, учредительными документами, или лица, состоящие в штате указанных организаций, либо адвокаты.
Частью 6 названной статьи Кодекса предусмотрено, что представителем в арбитражном суде может быть дееспособное лицо с надлежащим образом оформленными и подтвержденными полномочиями на ведение дела, за исключением лиц, указанных в статье 60 АПК РФ.
В силу частей 3 и 4 статьи 61 АПК РФ полномочия адвоката на ведение дела в арбитражном суде удостоверяются в соответствии с федеральным законом, полномочия других представителей на ведение дела в арбитражном суде должны быть выражены в доверенности, выданной и оформленной в соответствии с федеральным законом, а в случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации или федеральным законом, в ином документе.
Согласно пункту 2 статьи 62 АПК РФ в доверенности, выданной представляемым лицом, должно быть специально оговорено право представителя на подписание искового заявления.
Судом первой инстанции установлено и обществом не оспаривается, что Дуйко Л.В. является адвокатом Санкт-Петербургской городской коллегии адвокатов.
В соответствии с пунктом 2 статьи 6 Федерального закона от 31.05.2002 N 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» адвокат представляет доверителя на основании доверенности, а в случаях, предусмотренных федеральным законом, — на основании ордера, выдаваемого соответствующим адвокатским объединением.
Согласно части 5 статьи 61 АПК РФ доверенность от имени организации должна быть подписана ее руководителем или иным уполномоченным на это ее учредительными документами лицом и скреплена печатью организации.
Суд первой инстанции установил и материалами дела подтверждается, что имеющаяся в материалах дела доверенность от 02.02.2004 (том 1, лист дела 35), на основании которой Дуйко Л.В. была уполномочена на подписание заявления в суд от имени общества, не подписана руководителем общества — Лебедевым О.В., указанным в тексте доверенности.
Кроме того, из материалов дела видно, что Лебедев О.В. по состоянию на 04.03.2004 не являлся руководителем общества (том 1, лист дела 43).
Кассационная инстанция считает несостоятельным довод жалобы общества о том, что в судебных заседаниях 20.04.2004 и 25.05.2004 адвокат Дуйко Л.В. представляла надлежащим образом оформленную доверенность N 03/7267, поскольку данное обстоятельство не подтверждено материалами дела, так как доверенность за этим номером выдана инспекцией главному специалисту Габуковой Е.В. (том 2, лист дела 156).
Не может быть принят во внимание и довод жалобы общества о том, что в судебном заседании 20.09.2004 после перерыва судья не дал возможности представителю общества подтвердить свои полномочия и представить надлежащим образом оформленную доверенность.
Как видно из протокола судебного заседания от 20.09.2004, адвокат Дуйко Л.В. не смогла представить ни ордер, ни доверенность, подтверждающую в силу пункта 2 статьи 62 АПК РФ ее полномочия на подписание заявления в арбитражный суд.
Замечания на полноту и правильность отражения хода судебного заседания в протоколе обществом не приносились.
Доверенность от 20.09.2004, выданная адвокату Дуйко Л.В. действующим с 2003 года в этой должности генеральным директором общества Калининым В.А., которая приложена к кассационной жалобе, не может свидетельствовать о наличии у названного адвоката права на подписание искового заявления на дату его подачи в арбитражный суд, то есть на 04.03.2004.
В соответствии с частью 7 статьи 148 АПК РФ арбитражный суд оставляет исковое заявление без рассмотрения, если оно не подписано или подписано лицом, не имеющим права подписывать его.
Следовательно, суд первой инстанции в полном соответствии с нормами процессуального права вынес определение от 20.09.2004 об оставлении заявления общества без рассмотрения, в связи с чем правовых оснований для его отмены не имеется.
Учитывая изложенное и руководствуясь статьей 286, пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Федеральный арбитражный суд Северо-Западного округа
ПОСТАНОВИЛ:
определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.09.2004 по делу N А56-10126/04 оставить без изменения, а кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Юмакс» — без удовлетворения.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Юмакс» (ИНН 7826069496) в доход федерального бюджета 500 руб. государственной пошлины за рассмотрение дела в суде кассационной инстанции.
Председательствующий
КОРАБУХИНА Л.И.
Судьи
КИРЕЙКОВА Г.Г.
ПАСТУХОВА М.В.

Минкультуры через суд отозвало 30 млн господдержки фильма «Дау»

У одного из самых амбициозных кинопроектов в истории постсоветского кино — вольной биографии физика Льва Ландау «Дау» Ильи Хржановского по сценарию Владимира Сорокина — всё меньше шансов добраться до экранов. Министерство культуры, не дождавшись окончания работ, через суд взыскало у создателей — кинокомпании Phenomen Films — всю сумму господдержки, 22,5 млн рублей (а также проценты в 8 млн рублей). Об этом «Известиям» сообщили в Министерстве культуры. В электронной картотеке арбитражных дел указано, что Арбитражный суд города Москвы 27 октября вынес решение в пользу ведомства.

Как рассказала «Известиям» адвокат Любовь Дуйко, представляющая интересы компании, сейчас фильм находится в завершающей стадии монтажа и работы над звуком.

— Несмотря на выход Министерства культуры из проекта, «Дау» находится в активной жизненной фазе, постпродакшн осуществляется в Лондоне. Минкультуры России стало единственным соинвестором проекта, который принял такое решение. Остальные участники, понимая особенность проекта, пролонгировали сроки своего участия, — пояснила адвокат.

По словам другого представителя кинокомпании, фильм является копродукцией России, Швеции, Германии и Франции и создается при поддержке европейских фондов Arte France Cinema, WDR/Atre, Medienboard Berlin-Brandenburg, Mitteldeutsche Medienförderung, включая Svenska Filminstitutet, общеевропейского Eurimages и ряда других киноинституций.

Бюджет «Дау», который изначально оценивался в $3,5 млн, скоро увеличился до $10 млн, финальная цифра пока не разглашается. В 2006 году Министерство культуры выделило на съемки фильма 22,5 млн рублей. По условиям договора создатели обещали закончить проект и сдать исходные материалы в Госфильмофонд в 2010 году. В апреле 2012 года правительство потребовало завершить ряд проектов с господдержкой, которые просрочили изначально поставленные сроки, в том числе «Дау» Ильи Хржановского.

Последние новости о проекте относятся к 2011 году, когда было объявлено об окончании съемок в Харькове. Гигантские декорации научного городка, выстроенные внутри заброшенного спорткомплекса «Динамо», были разрушены в два захода. Значительная часть — во время съемок финальных сцен, когда в здание ворвались неонацисты и устроили погром (их сыграли члены реальной группировки скинхедов во главе с Максимом Марцинкевичем по прозвищу Тесак). То, что осталось после «погрома», — во время финальной вечеринки в формате open-air-концерта нью-йоркского диджея Spooky и канадской певицы Peaches. С тех пор информации не было.

По мнению сопредседателя Ассоциации теле- и кинопродюсеров Сергея Сельянова, «некоторые фильмы запланированно делаются долго».

— Это не правило, но довольно распространенная практика. Последний пример — «Трудно быть богом» Алексея Германа, который делался порядка 10 лет. Мне кажется, если фильм имеет шансы быть законченным в обозримом будущем, тем более если обещает открыть новые горизонты, сроки имеет смысл сдвигать. В российской индустрии крупные проекты решают уникальные задачи, и часто нельзя предсказать, какое количество времени на это потребуется. Когда в дело вложено много сил, ресурсов, частных инвестиций, просто сделать, чтобы сдать к сроку, — это неправильно, — отмечает он. — Другой вопрос, если у министерства есть точная информация, что проект умер, деньги потрачены и никакой активности нет — тогда, конечно, жесткие меры нужны. Должен быть индивидуальный подход исходя из конкретных обстоятельств. Насколько мне известно, фильм сейчас в монтаже, но это непроверенная информация.

«Дау», один из самых известных долгостроев российского кино, практически сразу стал обрастать легендами — об авторитарных замашках режиссера, гигантских декорациях и сумасшедшем сюжете. Разработка фильма о жизни знаменитого советского физика и нобелевского лауреата Льва Ландау стартовала еще в середине 2000-х годов. Известно, что сценарий писали совместно писатель Владимир Сорокин и режиссер Илья Хржановский по мотивам воспоминаний жены физика «Академик Ландау: Как мы жили» Конкордии Ландау-Дробанцевой, однако конкретные сюжетные линии «психоделической биографии» не раскрываются.

Съемки проходили в Петербурге, Москве, Баку, Лондоне и Копенгагене, но большая часть — в ретрофутуристических декорациях института, созданных художником-постановщиком Денисом Шибановым в Харькове по мотивам советской архитектуры. Харьковский период затянулся на 5 лет. На съемочной площадке всем, даже техническим работникам, было разрешено находиться только в одежде 1940–1950-х годов и пользоваться только предметами быта того времени. Институт стал местом паломничества многих известных деятелей культуры, однако попасть на засекреченный объект можно было только по приглашению. Журналист Олег Кашин, которому удалось побывать внутри, считает, что сам съемочный процесс был важнее фильма.

— Мне уже тогда казалось, что законченного фильма, который пойдет в кинотеатрах, и не будет. Этот «парк советского периода» был вполне самодостаточным явлением — стимпанк по мотивам сталинской эпохи. Если бы кто-то надрал и сохранил хотя бы дверные ручки этого института — уже имел бы на руках настоящие произведения искусства XXI века. Туда, в Харьков, как на аттракцион, съездила, наверное, половина культурной Москвы, и уже поэтому «Дау» сыграл свою роль в перевороте отношения части столичной интеллигенции к этому времени. Это непрерывное реалити-шоу длиной в 5 лет, которое снятый фильм только бы испортил. Деньги, конечно, потрачены, но по-панковски. Это такой арт-поступок, о котором мечтают многие режиссеры, — считает журналист.

Среди творческой группы — европейский продюсер Филипп Бобер, известный работой с Ульрихом Зайдлем, Гаспаром Ноэ и Роем Андерсоном, а также операторы — Мануэль Альберто Кларо (в его послужном списке все последние фильмы Ларса фон Триера) и Юрген Юргес, работавший с Михаэлем Ханеке, Вимом Вендерсом и Райнером Вернером Фассбиндером. Великого физика сыграл знаменитый российский дирижер Теодор Курентзис. Кроме того, в кадре появились музыкант Леонид Федоров и его постоянный соавтор сольных альбомов Владимир Волков, мэр Харькова Михаил Добкин, украинский телеведущий Дмитрий Гордон и многие другие.

Режиссер Илья Хржановский получил известность благодаря своему полнометражному дебюту «4» по сценарию Владимира Сорокина, который в 2005 году отмечен главным призом Роттердамского кинофестиваля.

Тяжба и вздутие

Об иске жительницы Петербурга Ирины Разиной к Первому Санкт‑Петербургскому государственному медицинскому университету им. Академика И.П. Павлова знает каждый юрист, даже если он не имеет никакого отношения к медицине. Летом прошлого года Приморский районный суд Санкт‑Петербурга назначил ей выплату в качестве компенсации морального вреда – 15 млн рублей. Плюс 292 тысячи рублей возмещения расходов на экспертизу, похороны ребенка и лечение.

В российских роддомах случаются всякие неприятности и трагедии, но таких денег за моральный вред еще не платили никому и никогда. Когда подавался иск, сумма была эквивалентна $500 тысячам, к принятию решения судом первой инстанции долларовый эквивалент снизился до $430 тысяч, когда после апелляции вступило в законную силу решение городского суда – до $300 тысяч.

Но и эта сумма ближе к американским реалиям, чем к российским. Несколько лет назад группа исследователей изучила данные пяти крупных страховых компаний США, под страховым покрытием которых находилось в общей сложности 489 медицинских учреждений и 33 тысячи врачей. Средняя сумма выплаты пострадавшим составила $485 348 (подробнее об этом – в материале ≪Полный истец≫). А ведь еще в начале 2000‑х приличной компенсацией морального вреда в России считалась сумма в 50 тысяч и даже 10 тысяч рублей. Уникальным стало и то, что суд удовлетворил требования истицы полностью, не уменьшив сумму заявленных требований. ≪За мою 16‑летнюю практику я с таким не сталкивался, чтобы вот так – сколько просили, столько и дали≫, – удивляетсяАлексей Панов, управляющий омским Центром медицинского права.

На самом деле случай Ирины Разиной в своей судебно‑процессуальной части неповторим, не похож на другие и демонстрирует проблемы правосудия нисколько не меньше, чем его успехи. История началась в 2010 году. Ирина Разина рожала в Первом питерском меде. Как рассказывается в судебном решении, предоставленном VADEMECUM адвокатским бюро ≪S&K Вертикаль≫, во время родов возникли осложнения, но врачи решили не делать кесарево сечение, а вместо этого попытались завершить роды с помощью вакуумной экстракции плода (для этого на его голову надевается специальная присасывающаяся ≪шапочка≫). В результате произошел разрыв матки, кесарево сечение все равно пришлось делать, а ребенок получил тяжелые повреждения и в ≪растительном≫ состоянии прожил два года. Зашивая разрывы матки, Разиной случайно ушили мочеточник. Было еще несколько операций, а при последнем осмотре гинеколог ≪не рекомендовала ей снова беременеть и предложила подумать об усыновлении≫.

Драма произвела впечатление на суд. Но дело не только в фактах, но и в их подаче. Суду предшествовала очень долгая подготовительная работа. Адвокат Разиной Любовь Дуйко рассказала о ней в интервью ≪Деловому Петербургу≫. Иск был подан только в 2012 году, после смерти ребенка, до этого она наблюдала за Ириной, фиксировала все ее медицинские проблемы и траты, собирала справки, дождалась расследования, проведенного страховой компанией. Дуйко призналась интервьюеру, что ≪общалась с разными специалистами на предмет того, где лучше провести экспертизу≫. И решила в Петербурге ее не делать, потому что там слишком сильна ≪корпоративная солидарность≫ врачей. Многие юристы считают экспертизу вообще главной проблемой исков о врачебных ошибках.

≪Экспертиза часто бывает необъективна, потому что члены экспертной комиссии имеют негласные договоренности с теми, кому они эту экспертизу проводят≫, – говорит Николай Чернышук, директор краснодарского Центра по защите прав граждан в сфере здравоохранения ≪Право на здоровье≫. Вариант – заказать ее в другом регионе, чтобы эксперт и врач, чью работу он оценивает, хотя бы не были знакомы между собой. В деле Разиной экспертиза с выводами о многочисленных врачебных ошибках была, по предложению стороны истца, проведена в Москве. Суд, кстати, имел право и не соглашаться с таким предложением.

Помогло и то, что Петербург – один из пионеров по части защиты прав пострадавших пациентов. Здесь было поставлено несколько предыдущих рекордов по размеру присужденных выплат. В частности, примерно за год до решения по делу Разиной суд взыскал с роддома им. В.Ф. Снегирева за моральный вред, причиненный при родах, в общей сложности 5 млн рублей – по 2 млн матери и ребенку и 1 млн отцу. Практика в разных регионах различается очень существенно, единых стандартов фактически нет: это, объясняют юристы, как если бы в Москве за безбилетный проезд брали штраф, а в Казани расстреливали.

Вот, например, статистика Пермского медицинского правозащитного центра, который свел воедино результаты своей деятельности за последние годы. Всего центр принял участие в 37 делах из сферы акушерства. В 18 из них дело закончилось гибелью ребенка или плода, в восьми – смертью матери. А выплаты пострадавшим насчитали от 100 тысяч до 1,2 млн рублей. Максимум за гибель плода составил 650 тысяч рублей.

СРОЧНО АПЕЛЛИРОВАТЬ

Юридическое обслуживание исков по поводу врачебных ошибок и недочетов – довольно молодая отрасль. ≪Лет пять назад юристы, занимавшиеся гражданским правом, поняли, что судебно‑медицинская сфера представляет интерес, и таким образом появилась новая специализация≫, – рассказывает Юлия Павлова, доцент кафедры медицинского права Первого МГМУ им. И.М. Сеченова. Она признает, впрочем, что таких юристов до сих пор очень мало. Возможность полноценно работать они получили совсем недавно – с принятием в ноябре 2011 года ФЗ‑323 ≪Об охране здоровья граждан≫.

≪Этот закон – конституция для врачей и пособие для пациентов. С ним изменилось все – механизм реализации прав пациента, обязанности врачей≫, – вдохновляется Павлова. Вот только оценить реальный масштаб изменений крайне сложно. ≪Мы обращались с просьбой о сборе статистики в прокуратуру, но поддержки не нашли, – говорит Павлова. – Из дел о вреде здоровью специально выделять дела о ненадлежащем оказании медицинской помощи никто не хочет≫. Минздрав и Росздравнадзор анализируют жалобы, но не прослеживают их юридическую судьбу. Остаются бюро судебно‑медицинской экспертизы, без которой не обходится ни одно дело такого рода: они помогают собрать обрывки статистики, но только по некоторым регионам.

Например, в Новосибирске, говорит Павлова, в 2014 году было проведено 140 экспертиз в связи с делами по искам пациентов. В городе живет 1% российского населения, так что, если прикидывать совсем грубо (отсутствие нормальной статистики делает это простительным), общее количество рассматриваемых за год в суде пациентских исков можно оценить в 14 тысяч. Кстати, президент Лиги защитников пациентов Александр Саверский в 2011 году оценил количество ведущихся в России дел по искам пациентов в 7 тысяч. Исков с каждым годом все больше, две цифры друг другу не противоречат.

Гипотетические 7–14 тысяч исков, закончившихся возбуждением дела, – это верхушка айсберга. Исков, которые не дошли до суда, на порядок больше. Каковы шансы на успех? Из 245 дел, в которых принял участие Пермский медицинский правозащитный центр, в пользу пациентов закончились 60% тяжб.

VADEMECUM проанализировал несколько десятков дел за последние месяцы 2014 года, попавших на портал pravo.ru. Там доля удовлетворенных исков составила чуть больше 50%. В целом получается, что по ≪степени бдительности≫ пациентов Россия тоже догоняет Америку. Там, по данным Public Citizen, количество выплат пациентам за врачебные ошибки колебалось в 2000–2009 годах между 10,7 и 16,6 тысячи в год, причем в последнее время отмечалась тенденция к снижению исковой активности. В России, если опять же грубо экстраполировать немногие имеющиеся данные, выплат примерно столько же (учитывая 50–60%‑ную долю побед пациентов и то, что население России вдвое меньше американского). При этом количество исков, в отличие от США, растет. У ≪Ингосстраха≫, рассказал VADEMECUM начальник управления страхования ответственности компании Дмитрий Мелехин, несколько сотен договоров о страховании ответственности медицинских учреждений. Число страхователей растет не спеша, на 10–15% в год, а с исками недовольных пациентов все гораздо серьезнее: четыре – в 2010 году, 11 – в 2011‑м, почти 60 – в 2014‑м. Средняя сумма претензий тоже увеличивается: от 200–220 тысяч рублей в 2011 году до 400 тысяч в 2014‑м. Бюджетные лечебные заведения, как правило, не страхуют свою ответственность – неоткуда взять на это деньги. Но в последнее время, констатирует Мелехин, и бюджетники, столкнувшись с валом исков, активизировались и находят возможности заключить такой договор. Ходят уже разговоры о потребительском экстремизме. О том, что врачи боятся пациентов, а кое‑кто из них даже получает юридическое образование в дополнение к медицинскому – так, на всякий случай.

Но, несмотря на рекорды и общую активность в этой сфере, реальных шансов у среднего пациента очень немного.

СМЕРТЕЛЬНЫЙ ОСТЕОХОНДРОЗ

Ошибаются врачи, а иски подаются к медицинским учреждениям – организация отвечает за вред, причиненный ее работниками. Но только на том, что врач что‑то сделал неправильно или неумело, дело не построишь. Должен быть вред здоровью, явившийся следствием действий врача. Эта причинно‑следственная связь – самое сложное в иске. Хотя есть и другой путь, рассказал VADEMECUM Алексей Панов из Центра медицинского права, – подать иск о защите прав потребителя, ≪это от 50 тысяч до 300–400 тысяч компенсации≫. Тут для успеха вред здоровью уже не обязателен.

Большинство пациентских исков – это стоматология и родовспоможение, говорит управляющий партнер адвокатской группы ≪ОНЕГИН≫ Ольга Зиновьева, один из немногих адвокатов, занимающихся именно медицинскими делами (как на стороне истцов, так и на стороне ответчиков). Но хотя ≪стоматологические≫ иски довольно просты при доказывании ущерба, они не сулят больших выплат в качестве компенсации морального вреда. В случае выигрыша можно получить компенсацию понесенных и предстоящих расходов плюс 100–300 тысяч рублей за моральные терзания. С акушерством и гинекологией наоборот: в российскую практику уже вошли миллионные выплаты, но доказать дефекты медицинской помощи, а тем более прямую зависимость причиненного вреда от этих дефектов очень нелегко. От слишком многих факторов зависит исход родов.

А одной из самых неблагодарных сфер для истца юристы считают пластическую хирургию. Толчком для большинства исков здесь оказывается разочарование пациента: он думал, что получится красивее. А это не то, что способно произвести впечатление на суд.

≪Вообще, ответчиком в суде быть легче, чем истцом‑пациентом, – считает Зиновьева. – Есть колоссальные затруднения в доказывании. Истцу кажется, что перед ним последствия врачебной ошибки, но причинно‑следственную связь бывает очень сложно установить≫.

Вот как проблемы доказывания выглядят на практике. В прошлом году жительница Вологды обратилась в компанию ≪Частная стоматологическая практика≫ за лечением и протезированием. Началась череда ужасов. Пациентке вылечили зуб в верхней челюсти, поставили коронку и изготовили цельный съемный протез. Зубы на нем, разъясняет истица суду, оказались как в сказке про Красную Шапочку – какие‑то очень уж большие. Врач стал их обтачивать – стер до металла. Пришлось делать новый протез. На этот раз врач угадал с размером, но не угадал с направлением – зубы вышли кривые. Тем временем воспалился зуб под коронкой – ее долго и мучительно снимали, лечили, ставили коронку обратно, а в конце концов зуб все‑таки удалили. Сделали новый протез – на этот раз из трех частей. Он шатался. Так прошло несколько месяцев. В конечном итоге вологжанка сделала себе зубы в другой клинике и потребовала вернуть 80 тысяч рублей из 105 тысяч, заплаченных ≪Практике≫, а также 40 тысяч за имплантат на месте удаленного зуба и 40 тысяч компенсации морального вреда. На суде вся эта история подтвердилась. Но иск удовлетворен лишь частично (полностью вообще бывает очень редко): гражданка получила 30 тысяч вместо требуемых 80, 14 тысяч – за срыв сроков лечения и 5 тысяч – за моральный вред (несколько месяцев без зубов). Эксперт отметил недостатки первого протеза, но прямой причинно‑следственной связи между лечением зуба и его удалением не усмотрел: это могло объясняться ≪индивидуальными особенностями организма≫. Главный же просчет клиники, на его взгляд, состоял в недоговоренности: с пациенткой не был детально обсужден план лечения.

Еще более удивительный для неспециалиста случай: Приморский край, Дальнегорская центральная городская больница. Мужчине ставят диагноз ОРВИ, не заметив острого коронарного синдрома, не госпитализируют, в результате чего он умирает. В результате чего или после чего? Экспертиза, а за ней и суд остановились на второй версии, поскольку нет доказательств противного: ≪Предотвратить летальный исход в условиях районной больницы не представлялосьвозможным≫. Интересно, что наличие врачебной ошибки суд признал, просто, на его взгляд, она не стала непосредственной причиной смерти. Как и в деле против Звенигородской центральной городской больницы, где престарелой пациентке поставили диагноз ≪остеохондроз≫, не заподозрив инфаркта, не заметив диабета, не сделав целого ряда необходимых анализов. Она умерла. Суд признал, что ≪квалификация врачей не соответствовала отраслевому стандарту≫, но в иске сына женщины к больнице отказал: прямая связь не прослеживается. От вскрытия, которое давало шанс ее обнаружить, истец отказался.

≪Никакой эксперт не установит причинно‑следственную связь без вскрытия и результатов гистологии, – говорит Зиновьева. – Я всегда предупреждаю об этом клиентов. Можно доказать, что услуга оказана некачественно, вернуть за нее деньги. Но ответственность за все, что произошло дальше, не будет доказана≫. Одновременно с бременем доказывания представителям пациента приходится решать множество других задач. Например, в практике Новосибирского отделения Центра медицинского права был случай, когда учреждение минимум трижды подделывало амбулаторную карту, меняя в ней записи (это выяснилось при сравнения трех ее копий). Еще хуже, когда визит вообще нигде не фиксировался, а платили наличными. Но здесь обращаться надо уже не в суд, а в правоохранительные органы, говорит Зиновьева. У нее был случай, когда ≪после направления заявлений о привлечении стоматолога к ответственности в правоохранительные органы врач сам пришел и предложил пациентке 480 тысяч рублей за полюбовное разрешение спора≫.

ОЧКИ ВПЕРЕД

Сколько стоит судебный процесс против медучреждения? Крупная статья расходов – судебно‑медицинская экспертиза, платить за которую должен инициатор разбирательства. Хотя если, например, это пенсионер или инвалид, суд может возложить почетную обязанность на медицинскую организацию. В Петербурге экспертиза стоит 60–80 тысяч рублей, говорит Зиновьева, а в Ленинградской области, по непонятным ей самой причинам, дороже – от 90 тысяч. Высокая цена объясняется, но лишь отчасти, тем, что экспертное заключение всегда выдается коллегиально. Ведь должны присутствовать и профильный специалист, и судебный медик – только он может проследить и удостоверить ту самую причинно‑следственную связь, без которой ≪невозможно сделать вывод о наличии состава правонарушения≫. Даже простейшие экспертизы обходятся недешево: самая бюджетная, на памяти Зиновьевой, стоила заказчику 45 тысяч рублей. Речь шла о проверке неправильно выписанного рецепта на очки. Здоровью истицы они не навредили: она хотела компенсации морального ущерба на сумму 30 тысяч рублей, меньше цены экспертизы. Для пациентских дел характерен не расчет, а эмоции, говорят юристы.

В условную ≪ставку≫ – деньги, которыми пациент должен рискнуть, если хочет выиграть иск – надо включить и зарплату юриста. Медицинские делапациенты почти никогда не ведут самостоятельно, а наняв адвоката, надо сразу учесть, что он понадобится и при апелляции: проигравшие медики никогда без нее не обходятся. Адвокаты могут брать за каждую услугу отдельно или назначить общую сумму за ведение дела. Нижнюю границу указать невозможно – все зависит от объема оказываемых услуг. Дорогой адвокат может взять от 100 тысяч за довольно простое дело до 150 тысяч за сложное. Цена ведения ≪особо запутанных≫ дел может доходить и до 300 тысяч рублей. А например, Андрей Карпенко из московского филиала Центра медицинского права предпочитает брать по прейскуранту за каждую услугу отдельно – например, анализ документации на предмет установления признаков недостатка медицинской услуги у него стоит от 40 тысяч рублей.

На какой срок эти деньги изымаются из личного бюджета гражданина? В среднем такие дела длятся год‑полтора. Но Юлия Павлова из Первого МГМУ сталкивалась в своей практике с делом, которое, возвращаясь на доследование, открываясь и вновь закрываясь, тянулось семь лет. Оно закончилось в пользу пациента, но сумму после всех мытарств ему присудили ≪совсем маленькую≫.

ЕВРОПАРАЛИЧ

За повреждение сонной артерии житель Томска получил от ≪Росгосстрах жизни≫ в июле прошлого года 10 тысяч рублей компенсации морального вреда. А просил 100 тысяч. Моральный вред за неудачный зубной протез, который исправляли целый год, составил 15 тысяч рублей. Но есть и регионы‑передовики. Например, тот же Новосибирск. В 2009 году там слушалось громкое дело Анны Лаппи против клиники ≪Авиценна≫. Ребенок Лаппи умер в 2008 году сразу после родов. Первая экспертиза, рассказала адвокат Юлия Стибикина местному радио, показала, что вины ≪Авиценны≫ нет, легкие, на взгляд экспертов, в принципе не могли раскрыться. Экспертиза проводилась в областном бюро СМЭ. Тогда истица заказала другую экспертизу – в Алтайском крае, которая и констатировала вину врачей ≪Авиценны≫.

Клиника, между тем, тоже не бездействовала. Было возбуждено дело о ≪фальсификации биологического архива≫ (частиц легкого) со стороны истицы. Лаппи, со своей стороны, потребовала возбудить против ≪Авиценны≫ и уголовное дело, но ей было отказано. Ситуация описывалась в прессе, Стибикина подала иск о защите чести и достоинства. В конечном итоге суд присудил Лаппи 7 млн – ровно столько, сколько она просила. Правда, суд второй инстанции снизил затем эту сумму до 3 млн рублей. Предыдущий рекорд поставил Петербург, где ГУЗ ≪Родильный дом №18≫ присудили выплату 2 млн рублей женщине, ребенок которой в результате родовой травмы получил ДЦП.

Какие выплаты преобладают? Есть не очень объемная, но показательная статистика Роспотребнадзора по компенсации морального вреда, в том числе и в медицинской сфере. В 2011‑2012 годах средний размер таких выплат, связанных с некачественным оказанием медицинских услуг, составил 24 600 рублей.

Год назад Институт стратегического анализа ФБК решил разобраться в сложившейся ситуации, сравнив Россию с Западной Европой. В качестве подопытного кролика взяли условного отца двоих детей с неработающей женой, получившего паралич рук и ног. Судьба его даже в пределах Европы складывалась совершенно по‑разному: в Великобритании бедняга получил бы в общей сложности более 9 млн евро, в Швейцарии (где доходы на душу населения в полтора раза выше) – 5 млн, в Польше – 500 тысяч. Так же меняется и компенсация морального вреда: в Польше – 100 тысяч евро, а в значительно более богатой Финляндии – всего 20 тысяч.

Различия между странами связаны со многими причинами, говорит Игорь Николаев, директор Института стратегического анализа и один из авторов доклада, – уровнем жизни, системой здравоохранения. И хотя глобализацию никто не отменял, сглаживаться они будут чрезвычайно медленно. Размеры исков, считает Николаев, в России будут расти, но присуждаемые суммы могут и ≪заморозиться≫ в связи со сложившейся экономической ситуацией. Смысл исследования, впрочем, в другом. Компенсации в Европе меняются от страны к стране, но в пределах одной страны такого разнобоя, как в России, нет. Там существуют и применяются методы расчета морального вреда. В России они тоже существуют, но не применяются. Суд руководствуется ≪требованиями разумности и справедливости≫, учитывает степень физических и нравственных страданий. ≪Мне представляется, что можно не испытывать потребность в формализации, потому что при этом есть надежда на более выгодный исход дела: вдруг запросишь побольше, и выгорит≫, – говорит Николаев. То, что в России не прецедентная система права, только усугубляет ситуацию, делая решения судов еще более произвольными. ≪Напрашивается вывод, что определение морального вреда в России должно стать более формализованным≫, – говорит Николаев.

А задачка с удовлетворением прочих требований прекрасно решается и в досудебном порядке, считает Николай Чернышук. По опыту его некоммерческого центра, таким образом можно решить 90% простых случаев (например, когда врач не выписал требующееся лекарство или отказывает в госпитализации).

Но вот моральный вред без суда не компенсируют: нет гарантии, что, получив деньги, пациент не заявит новый иск, поняв, что страдания оказались больше, чем он считал в момент переговоров.

ПОЛНЫЙ ИСТЕЦ

Чего в США больше – медицинского ущерба без компенсации или компенсации без ущерба

Несколько лет назад в New England Journal of Medicine было опубликовано большое исследование результативности исков о врачебных ошибках в США и обоснованности соответствующих судебных решений. По сути, главной целью ученых было разобраться, чего в их стране больше – потребительского экстремизма пациентов или ущемления их прав.

Для анализа были взяты результаты деятельности пяти компаний, занимавшихся страхованием медицинских ошибок. В общей сложности они застраховали 428 амбулаторных учреждений и 61 госпиталь с суммарным штатом 33 тысячи врачей. В среднем за год пришлось по 294 иска на одну компанию. То есть по одному иску на каждого 20‑го врача. Было исследовано 1 441 дело. Аналитики получали материалы уже законченных дел у страховщика и подвергали их экспертной оценке врачей, которые фактически заново, но уже в кабинетной тиши, без давления со стороны адвокатов истца и ответчика, решали, был ли причинен пациенту вред и виноват ли в этом врач.

Женщины подали 60% исков, и это вполне объяснимо, потому что прецеденты в сфере акушерства и гинекологии оказались самыми распространенными, составив 19% от всех исков. На втором месте по числу исков – общие хирурги (17%). На третьем – лечащие врачи (16%).

Потребительского экстремизма исследователи не заметили. На действительно сложные, драматичные случаи пришлось 80% исков. Из них 54% – на инвалидность разной степени тяжести, 26% – на смертельные исходы. В 3% дел лечение не имело отрицательных эффектов, в 4% – ущерб ограничился психоэмоциональной травмой.

Среднее время до закрытия дел составило пять лет, а каждая третья жалоба разбиралась шесть лет или дольше. Компенсацию получили 56% истцов, ее средний размер составил $485 348. Причем в суде было решено всего 15% споров, остальные решались в досудебном порядке.

У судебного разбирательства свой плюс: средняя сумма компенсации в этом случае составляла $799 тысяч против $462 тысяч во внесудебном порядке. Зато и ставки в суде выше: средние расходы истцов на судебное разбирательство составили $113 тысяч против $42 тысяч при внесудебном решении вопроса.

И наконец, главное, по данным исследователей: 27% истцов, пострадавших в связи с врачебной ошибкой, так и не получили компенсации. При этом 13–16% общих затрат страховых компаний пришлись на выплаты по искам, где, по оценке исследователей, врачебных ошибок не было. Фактически эти деньги потратили зря. Проигрыш в суде более четверти реально пострадавших – проблема куда более серьезная, чем выплаты тем, кто этого не заслужил, заявляют исследователи. И напоминают, что из полученных истцами денег более половины досталось адвокатам.

Еще по теме:

  • Доплата за работу в ночное время по тк рф Статья 154 ТК РФ. Оплата труда в ночное время Новая редакция Ст. 154 ТК РФ Каждый час работы в ночное время оплачивается в повышенном размере по сравнению с работой в нормальных условиях, но не ниже размеров, установленных трудовым […]
  • Юрист китаев Китаев Сергей Закажите у юриста консультацию, документ или напишите сообщение Обратиться к юристу Практикующий юрист. Работаю на результат. На проекте: с 03 Апреля 2017 Консультация в чате от 600 руб. Изготовление документа от 1200 […]
  • Конституционное право на свободу и личную неприкосновенность Конституционное право на свободу и личную неприкосновенность Работ в текущем разделе: [ 2249 ] Дисциплина: Конституционное право Российской Федерации На уровень вверх Тип: Курсовая работа | Цена: 650 р. | Страниц: 34 | Формат: doc | […]
  • Ипотека молодая семья ростов-на-дону Программа молодая семья в Ростове-на-Дону и Ростовской области в 2018 году Программа "Молодая семья" в Ростове-на-Дону и Ростовской области работает с 2006 года. Ее действие было продлено Постановлением Администрации Ростовской области от […]
  • Авито купить земельный участок волгоград Купить участок под ИЖС без посредников в Волгограде Средняя стоимость участка земли под ижс в Волгограде 561 800 рублей, цена за сотку - 13 000 рублей. Продается участок под ИЖС в Тракторозаводском районе, пос. Верхнезареченский? […]
  • Семейный кодекс татарстана Гражданский процессуальный кодекс РФ переведут на татарский язык На проект выделено 600 000 рублей. В Казани переведут гражданский процессуальный кодекс РФ на татарский язык. Этот проект получил грант Российского фонда фундаментальных […]